Биатлонисты должны выполнять требования тренеров сборной, а не личных наставников. Об этом заявил многократный призёр чемпионатов мира Максим Чудов. В интервью RT он поделился своими взглядами на подготовку национальной команды, указал на особенности нового поколения спортсменов и объяснил, почему не бежал эстафету на Олимпийских играх в Турине.

— Максим, какими глазами вы смотрели чемпионат мира в Поклюке?

— Глазами обывателя. То есть, не постоянно, а когда получается. Я работаю первым заместителем председателя общества «Динамо» по республике Башкортостан. Организация, сами понимаете, серьёзная, а гонки в основном проходили в рабочее время, тем более что домой я как правило возвращаюсь лишь в начале девятого вечера. Включать телевизор в кабинете было бы неправильно — я себе не могу этого позволить. Но мужскую эстафету смотрел, как и масс-старт. 

Заключительная мужская гонка расстроила?

— Как вам сказать... Я бы сказал, что готовность наших ребят к этому старту была неплохой, но одного — двух выстрелов им, как обычно, до медалей не хватило. Хотя это не снимает ответственности за то, что не получилось в целом. У нас ведь народ по всей стране каждый год ждёт чемпионат мира как соревнование, на которое мы, наконец, выйдем в полном блеске, и покажем всем кузькину мать. Меня не так давно спросили: а в ваше время, когда удавалось побеждать тех же норвежцев, как всё было? Я тогда задумался и понял, что мы выходили на каждую дистанцию, как на решающий бой. И реально бились, старались отдать всё, что только можно. Сейчас же получается, что вроде все готовились к этим соревнованиям весь сезон, а вышли на старт и провалились. Ну и ничего страшного вроде как не произошло.

— При этом спортсмены из года в год жалуются на то, что им некомфортно работать в национальной команде, а тренеры жалуются на спортсменов.

— Мне иногда кажется, что те, кто сейчас бегает, не понимают достаточно простую вещь: они в своей спортивной жизни ещё по большому счёту ничего не достигли. О каком комфорте можно говорить? И что такое вообще «комфорт» для спортсмена? Чтобы подносили чистое бельё и вкусную еду прямо в номер, пока кто-то другой выкатывает на трассе лыжи? Для нас, когда я бегал сам, комфорт заключался в том, чтобы было, где спать, что есть и где тренироваться. На всё остальное никто не обращал внимания: холодно ли, мокро ли, какая вообще разница?

— Попробую вам возразить: вы прежде всего верили тренерам, с которыми работали: Владимиру Аликину, Андрею Гербулову. Поэтому и подчинялись им, воспринимали любое распоряжение, как солдат воспринимает приказ. А теперь поставьте себя на место того же Александра Логинова: тренеры в сборной меняются каждый год, их без устали критикуют все, кому не лень, включая коллег-профессионалов, а тебе нужно продолжать бегать и показывать результат. Психологически ведь очень непросто постоянно жить в такой карусели.

— Я немножко не договорил. Мы тренировались и никогда не позволяли себе вступать с тренерами в дискуссии. Вообще считаю: если спортсмен попал в сборную, он обязан выполнять всё то, что говорит ему старший тренер. Старший, а не личный. Потому что именно этот человек отвечает за команду и несёт ответственность за результат. А сам ты только в этом случае имеешь право сказать, если вдруг результата не получилось: «Я сделал всё, что мог». Но смотрите, что получается сейчас: спортсмены тренируются вроде бы в команде, но по планам личных тренеров. Сам я давно уже не нахожусь в команде, не знаю внутренней кухни, да и не хочу её знать. Но, насколько вижу со стороны, внутри сборной сумбур и анархия. Нет диалога между тренерами и спортсменами, а это неправильно.

Источник: russian.rt.com